Таджикистан хочет занять русские земли под свои посевы
Следующим этапом может стать поворот сибирских рек.
Таджикистан ведет переговоры с Россией о предоставлении наших земель своим фермерам. Душанбе хочет выращивать на русских полях масличные культуры. Это должно помочь стране справиться с дефицитом сырья и сократить дорогой импорт растительного масла. Однако у экспертов и общества эта инициатива вызывает много вопросов. Главный из них: зачем России отдавать свои черноземы?
Своих земель нет, зато есть лишние люди
Таджикистан столкнулся с серьезной проблемой. В стране простаивают перерабатывающие заводы. Министр промышленности и новых технологий Таджикистана Шерали Кабиров открыто признает: в республике просто нет свободной плодородной земли, чтобы прокормить производства. Из-за этого дефицита страна ежегодно тратит сотни миллионов долларов на покупку готового масла за рубежом. Решить проблему Душанбе планирует за счет аренды земель в России и Казахстане. Там таджикские фермеры хотят выращивать подсолнечник, сою и рапс.
Аналитик аграрного рынка, доктор экономических наук Леонид Холод объясняет "Царьграду" логику соседей. В Таджикистане нет условий для масштабного выращивания масличных. Зато есть избыток рабочей силы. Аренда земли за границей позволяет занять людей и расширить земельный клин. По закону об обороте земель сельскохозяйственного назначения, иностранцы не могут владеть русской землей. Но они имеют право арендовать ее на срок до 49 лет. Для трудоустройства мигрантов полвека — это почти вечность.
Зачем это России
Русские эксперты недоумевают, зачем отдавать пашни под чужое производство. Россия сама производит и перерабатывает семечки. Мы можем успешно продавать соседям готовое масло или сырье. Это оставляет прибавочный продукт внутри нашей экономики. Нам тоже нужно обеспечивать работой своих граждан. Зачем создавать конкурентов на собственной территории?
Экономически проект вызывает сомнения. Аренда земли не освобождает Таджикистан от огромных расходов. Нужно покупать семена, технику, горючее, налаживать сложную логистику. Эксперты предлагают альтернативу. Душанбе мог бы авансировать производство маслосемян в России. То есть вкладывать деньги в русские фермерские хозяйства, гарантируя выкуп готового урожая.
Другой вариант — создание русского юридического лица с привлечением местных кадров. Ломиться в закрытую дверь и брать на себя риски изъятия земли бессмысленно.
Риски скрытого переселения
Инициатива вызывает опасения и в сфере национальной безопасности. Председатель Национального антикоррупционного комитета Кирилл Кабанов считает, что проект несет миграционные угрозы. По его мнению, аренда земель будет использована для переселения таджикской рабочей силы в русские регионы.
С политической точки зрения это решение часто объясняют укреплением влияния России в Центральной Азии. Однако на деле никакого усиления русского влияния пока не видно. Скорее происходит обратный процесс. Эксперты призывают сделать эту историю закрытой из соображений национальной безопасности. При этом Кабанов предполагает, что на высшем уровне вопрос уже практически решен, раз его начали активно обсуждать в публичном поле.
Вслед за землей попросят воду
Земельный вопрос — лишь часть глобальной проблемы. В Центральной Азии стремительно обостряется дефицит воды. На этом фоне снова зазвучали разговоры о возможном перенаправлении стока сибирских рек.
Главный научный сотрудник Института водных проблем Русской академии наук Михаил Болгов подтверждает актуальность темы. По его словам, регионам с развитой промышленностью и сельским хозяйством требуется больше воды, чем могут дать местные источники. Прогнозы показывают, что Центральная Азия скоро полностью исчерпает свои водные запасы и будет вынуждена обратиться к России.
Подобные проблемы есть и внутри страны — например, на новых территориях и в Крыму, который долгое время находился на жестком водном пайке. Теоретически переброска избыточного стока из северных регионов могла бы решить эти задачи.
Уроки советских ошибок
Идея переброски рек не нова. В СССР масштабный проект по перенаправлению сибирских рек в Центральную Азию разрабатывали с 1968 года. Однако в 1986 году проект закрыли после жестких протестов ученых и проведения масштабной экологической экспертизы. В те годы специалисты собрали уникальный массив гидрологических данных, который до сих пор помогает оценивать климатические изменения.
Леонид Холод подчеркивает, что сегодня речь не идет о классическом повороте рек в привычном понимании. Такой проект привел бы к гигантским потерям воды при транспортировке. Современные специалисты предлагают строить технологичные, закрытые водоводы с высокой степенью экономии ресурса. Это позволило бы избежать экологической катастрофы, но экономическая и геополитическая целесообразность таких вложений для России по-прежнему остается под большим вопросом.