Ответ на теракт в Старобельске сочли недостаточным. Военный эксперт предостерёг: "Нас подталкивают открыть ящик Пандоры"
Ответ на теракт в Старобельске некоторые сочли недостаточным. Кто-то и вовсе рассуждает о том, не пора ли использовать тактическое ядерное оружие. Военный эксперт Олег Шаландин предостерёг: "Нас подталкивают открыть ящик Пандоры".
Министерство обороны России отчиталось о проведении массированного удара по украинской территории, который был осуществлён в ночь с 23 на 24 мая. В официальном сообщении, опубликованном в MAX, говорится, что в ходе атаки применялись баллистические ракеты "Орешник", аэробаллистические "Искандер", гиперзвуковые "Кинжал" и крылатые "Циркон". Помимо этого, военные задействовали крылатые ракеты воздушного, морского и наземного базирования, а также дроны с ударным зарядом.
В ведомстве подчеркнули, что данная атака стала ответом на террористические обстрелы гражданских объектов на нашей территории со стороны Киева. Целями удара возмездия были выбраны военные управления, авиабазы и оборонно-промышленные заводы Украины. В Минобороны резюмировали, что все назначенные объекты поражены, а цели удара полностью достигнуты. По поводу ответной атаки и реакции на неё в эфире программы "Мы в курсе" на Царьграде высказался военный эксперт, ветеран боевых действий, офицер запаса Олег Шаландин.
Фото: shutterstock.com
Не пора ли задействовать ТЯО?
Депутат Киевского областного совета Владимир Горковенко скептически оценил эффективность применённого Россией оружия. На своей странице в соцсети он с иронией заметил, что ракетой "Орешник" стоимостью около 100 миллионов долларов уничтожены "три гаража" в Белой Церкви.
Некоторые пользователи в нашей стране тем временем задаются вопросом, чем этот удар возмездия, нанесённый по военным объектам, принципиально отличается от прочих повседневных атак. Кто-то и вовсе рассуждает о том, не пора ли использовать тактическое ядерное оружие. Таким образом, ответ на теракт в Старобельске многие сочли недостаточным. Военный эксперт, однако, предостерёг:
Во-первых, мы всё-таки придерживаемся законов международного гуманитарного права. Хочу поправить: у нас нет тактического - у нас есть нестратегическое и стратегическое ядерное оружие. И даже если мы ударим нестратегическим ядерным оружием по объектам ВСУ, это не будет иметь никакой значимости по одной простой причине: иногда такие цели, как инфраструктура противника, лучше и эффективнее уничтожать именно при помощи наших неядерных средств. Кроме того, все те люди, которые говорят о том, что надо ударить ядерным оружием, нас подталкивают открыть ящик Пандоры.
Собеседник "Первого русского" призвал внимательнее ознакомиться с ядерной доктриной, где описаны все случаи, когда возможно использование оружия Судного дня:
У нас и без применения ядерного оружия получается очень-очень хорошо. На поле боя, это видно, мы такие массированные ракетные удары наносим далеко не в первый раз, и они приносят очень серьёзную эффективность. Надобности в применении нестратегического ядерного оружия у нас пока нет, просто объективно нет. Это во-первых. Во-вторых, применяя нестратегическое ядерное оружие, мы рискуем задеть ещё и гражданские объекты, чего бы нам не хотелось. А вот этот массированный ракетный удар - это, действительно, акт возмездия за военное преступление, устроенное в Старобельске.
Олег Шаландин. Фото: Царьград
Это повторяется снова
Ранее военный корреспондент Александр Коц опубликовал в своём Telegram-канале тяжёлые кадры из Старобельска. На видео запечатлён процесс опознания тел погибших детей - прямо в морге, и родители вынуждены участвовать в этой процедуре. Журналист признался, что происходящее вызвало у него самые тревожные ассоциации, отсылающие к событиям 1 сентября 2004 года в Беслане.
Коц рассказал, что был свидетелем тех страшных дней, когда матери пытались опознать фрагменты тел своих детей, разложенные в чёрных пакетах на площадке перед владикавказским моргом. Он тогда думал, что ничего ужаснее уже не увидит - и вот, по его словам, это повторяется снова.
Александр Коц. Коллаж Царьграда
Не выдержав увиденного в Старобельске, военкор высказал предельно жёсткую позицию: единственное, что остаётся сейчас - решительно расправиться с теми, кто допускает подобные зверства в отношении русских детей. И делать это, по его убеждению, следует без всяких красных линий, без рыцарства и без жалости.